Классовая борьба и поповщина. #5
Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4
Экономика
Даешь профсоюзы, или Экономическая борьба господина Попова
Вопросам экономической борьбы посвящена львиная доля книжки нашего буржуазного профессора (разумеется, если выжать воду из этого писания).
Отдадим должное, отчасти господин профессор призывает к хорошим и правильным вещам. Господин Попов разъясняет необходимость объединения в профессиональные союзы, причем в союзы, действительно отстаивающие права рабочих. Объясняется важность борьбы за повышение заработной платы, за соблюдение норм трудового законодательства.
Бесспорно, без экономической борьбы немыслимо рабочее движение, а соединение социал-демократии с рабочим движением — это фундамент партии ленинского типа. К сожалению, как мы помним, профессор Попов — патентованный «экономист». И если призывы к борьбе за «благосостояние и развитие» рабочих звучат громче иерихонских труб, то вот с «соединением» и с «социал-демократией» всё обстоит из рук вон плохо.
Более того, цели, которые ставит господин профессор, при внимательном рассмотрении вызывают массу вопросов.
Во-первых, у господина Попова есть чудесная теория о том, кто, собственно, относится к категории «пролетариат»1. Если коротко, то к категории пролетариата, «настоящего», «в узком смысле», профессор относит исключительно фабрично-заводских рабочих.
«улучшение положения рабочего класса, а, следовательно, и всех остальных слоёв трудящегося населения, потому что рабочий класс не может улучшить своего положения, если будет ухудшаться, например, положение врачей, учителей, учёных, программистов».
Вы трудитесь на том же заводе, но имеете несчастье работать в инженерном отделе? Вы не наш человек, свободны, выход прямо за вами. Вы учитель, врач, программист, курьер, банковский клерк, заправщик, впишите нужное… До свиданья! Вы не рабочий класс!
Да, вот такое кривоватенькое отражение современного общества, разумеется, «в научном плане». Очевидно, профсоюзы господин Попов признает тоже только «настоящие», фабрично-заводские. И главная задача этих «настоящих» профсоюзов, ну вы помните, — борьба за повышение благосостояния их членов.
Но давайте в очередной раз послушаем, что говорят по этому поводу классики. Вот что писал о профсоюзах и вообще о рабочем движении Фридрих Энгельс.
«История этих союзов представляет собой длинный ряд поражений рабочих, прерываемый лишь немногими отдельными победами. Само собой понятно, что все усилия союзов не в состоянии изменить того экономического закона, согласно которому заработная плата определяется соотношением спроса и предложения на рынке труда. Поэтому союзы бессильны устранить важнейшие причины, влияющие на это соотношение. Во время торгового кризиса союзы вынуждены сами снижать ставки заработной платы, либо вовсе прекращать своё существование, а в случае значительного спроса на труд им не удаётся поднять заработную плату выше того уровня, на котором она сама собой установилась бы в результате конкуренции капиталистов. Но зато союзы могут воздействовать на менее важные причины, носящие частный или местный характер».2
Обратите внимание: даже в самых ранних работах было очевидно, что экономическая борьба может что-то изменить лишь в частных, местных масштабах и бессильна повлиять на коренные причины. Но в чем же тогда ее смысл? Если борьба за экономические интересы решает только частные вопросы, почему же она так важна с точки зрения научного коммунизма?
«И в то же время этот протест доказывает рабочим необходимость чего-то большего, чем только рабочие союзы и стачки, для того чтобы сломить могущество буржуазии. Но значение этих союзов и организуемых ими стачек в первую очередь состоит в том, что они представляют собой первую попытку рабочих уничтожить конкуренцию. Наличие их предполагает уже понимание того, что господство буржуазии основывается только на конкуренции рабочих между собой, т. е. на отсутствии сплочённости пролетариата, на противопоставлении одних рабочих другим. И именно потому, что, при всей их односторонности и ограниченности, усилия союзов направлены против конкуренции, против жизненного нерва современного социального строя, именно поэтому союзы представляют для этого строя такую опасность».3
Уничтожение конкуренции — вот в чем смысл профсоюзов и экономической борьбы. Сплоченность пролетариата, как преодоление отчуждения, — вот почему без профсоюзного движения немыслим коммунизм.
Насколько способствует преодолению отчуждения организация профсоюзов по-поповски? Как рассуждениями о «ненастоящем» пролетариате, о том, что есть избранные профессии, которые только и могут вести человечество к светлому будущему, преодолевается проблема отчуждения? Нисколько и никак.
Напротив, поповщина в экономической борьбе увеличивает отчуждение, что, впрочем, типично для любой буржуазной теории. А господин Попов проповедует экономизм, одну из таких буржуазных теорий. Напомню, что это течение для маскировки своей буржуазной сущности ставит во главу борьбу за текущие, ближайшие экономические выгоды.
Послушаем, что говорил Маркс о теориях и практической борьбе рабочего класса по-поповски:
«Вместе с тем, даже если совершенно оставить в стороне то общее закрепощение рабочих, которое связано с системой наемного труда, рабочий класс не должен преувеличивать конечные результаты этой повседневной борьбы. Он не должен забывать, что в этой повседневной борьбе он борется лишь против следствий, а не против причин, порождающих эти следствия; что он лишь задерживает движение вниз, но не меняет направления этого движения; что он применяет лишь паллиативы, а не излечивает болезнь. Поэтому рабочие не должны ограничиваться исключительно этими неизбежными партизанскими схватками, которые непрестанно порождаются никогда не прекращающимся наступлением капитала или изменениями рынка. Они должны понять, что современная система при всей той нищете, которую она с собой несет, вместе с тем создает материальные условия и общественные формы, необходимые для экономического переустройства общества. Вместо консервативного девиза: „Справедливая заработная плата за справедливый рабочий день!“, рабочие должны написать на своем знамени революционный лозунг: „Уничтожение системы наемного труда!“»4
«Независимо от своих первоначальных целей, они должны теперь научиться сознательно действовать в качестве организующих центров рабочего класса, ставя своей великой задачей его полное освобождение. Они должны поддерживать всякое социальное и политическое движение, идущее в этом направлении. Считая себя и выступая на деле представителями всего рабочего класса и борцами за его интересы, они обязаны привлекать в свои ряды и неорганизованных рабочих. Они должны особенно заботиться об интересах рабочих хуже всего оплачиваемых отраслей производства, например, сельскохозяйственных рабочих, которые в силу неблагоприятных условий совершенно беспомощны. Профессиональные союзы должны доказать всему миру, что они борются отнюдь не за узкие, эгоистические интересы, а за освобождение угнетенных миллионов».5
«Что нынешнее движение, исключительной целью которого является повышение заработной платы и сокращение рабочего дня, держит его в порочном кругу, из которого нет выхода;»6
Порочный круг отчуждения может быть разорван только тогда, когда экономическая борьба с самого начала ставится как борьба всего класса эксплуатируемых. Порочный круг отчуждения становится лишь крепче, когда борьба ведется за узкие, эгоистические интересы, под ламповые разговоры о будущих битвах за коммунизм.
А вот что писал Владимир Ильич:
«Резолюция признала профессиональные рабочие союзы не только закономерным, но и необходимым явлением при существовании капитализма; признала их крайне важными для организации рабочего класса в его ежедневной борьбе с капиталом и для уничтожения наемного труда. Резолюция признала, что профессиональные рабочие союзы не должны обращать исключительного внимания на „непосредственную борьбу против капитала“, не должны сторониться от общего политического и социального движения рабочего класса; их цели не должны быть „узкими“, а должны стремиться к всеобщему освобождению угнетенных миллионов рабочего люда». 7
Стачка учит рабочих понимать, в чем сила хозяев и в чем сила рабочих, учит думать не об одном только своем хозяине и не об одних только ближайших товарищах своих, а о всех хозяевах, о всем классе капиталистов и о всем классе рабочих.
Но стачка открывает глаза рабочим не только на капиталистов, а также и на правительство и на законы.8
…стачки приучают рабочих к объединению, стачки показывают им, что только сообща могут они вести борьбу против капиталистов, стачки научают рабочих думать о борьбе всего рабочего класса против всего класса фабрикантов и против самовластного, полицейского правительства.9
«Оторванное от социал-демократии, рабочее движение мельчает и необходимо впадает в буржуазность: ведя одну экономическую борьбу, рабочий класс теряет свою политическую самостоятельность, становится хвостом других партий, изменяет великому завету: „освобождение рабочих должно быть делом самих рабочих“».10
«Классовый характер соц.-демократического движения должен выражаться не в сужении наших задач до непосредственных и ближайших нужд „чисто рабочего“ движения, а в руководстве всеми сторонами и всеми проявлениями великой освободительной борьбы пролетариата, этого единственного действительно революционного класса современного общества»/11
Мы еще раз убеждаемся: теории господина Попова о том, что экономическая борьба есть чуть ли не альфа и омега коммунизма, что «содержание политической борьбы — это борьба за экономические интересы класса», — обычные буржуазные теории экономизма, прикрытые фиговым листочком марксистской фразеологии. А значит — выгодные господствующему классу.
* * *
Есть профсоюзы и профсоюзы. Есть стачки и стачки. Социал-демократия предполагает преодоление стихийности этих проявлений экономической борьбы, выход за их узкие рамки и, таким образом, превращение экономической борьбы в борьбу сознательную, в борьбу за коренное преобразование общества, в борьбу за уничтожение отчуждения.
Поповщина предполагает профсоюзы и стачки как самоцель, но под размахивание красным флагом. Господина Попова можно поздравить — ранее были известны только два типа профсоюзов: желтые и красные. Наш профессор изобрел профсоюзы розовые, профсоюзы на все сто процентов буржуазные, но снабженные р-р-революционнейшими лозунгами господина Попова! Думается, что удачным дополнением к розовым профсоюзам станет переименование поповской партии в «Партию умеренного прогресса в рамках закона».
Комментарии
Отправить комментарий